Yodda - новости регионов России

Летопись от священников

26.01.2017, 6:31

Заводской посёлок Полазна. Фрагмент картины неизвестного художника середины XIX века.

В конце декабря мне удалось отыскать в фондах Государственного архива Пермского края интереснейший документ, который приоткрывает немало страниц нашей истории второй половины XIX – начала ХХ веков. Это рукописная «Приходская летопись Свято-Троицкой церкви Полазнинского (написание в то время через «И». – Авт.) господина Лазарева завода, состоящего в III-м округе Благочиния Пермского уезда». В ней представлены события, происходившие в Полазне и её окрестностях с 1867 по 1904 год. Причём не только из церковной истории. Документ объёмный, поэтому коснусь в настоящей публикации лишь некоторых сторон жизни тех лет.

«Чисто русского племени»

Летопись вели священники, поэтому многое зависело от их отношения к этому делу. Если человек радел за сохранение прошлого, летопись велась подробно, аккуратно, если нет – весьма поверхностно, а то и вовсе кратко. «При сей церкви перемен в составе причта не было», – вот и весь сказ.

В самом начале документ рассказывает об истории, предшествующей появлению в Полазне Свято-Троицкого храма. Правда, с признанием, что некоторых фактов «мы не знаем за недостатком сведений». А вот о событиях, происходивших во время составления летописи, сообщалось с подробностями. «Приход вначале состоял из трех селений: завода Полазнинского, Хохловского, отчисленного в 1847 году с образованием самостоятельного прихода и села Краснослудского, отчисленного в 1853 году с образованием самостоятельного же прихода. Ныне состоит из одного завода Полазнинского и подведомственных ему деревень, – отмечалось в 1867 году. – Прихожане чисто русского племени, сословия различного: военные, мастеровые и временнообязанные крестьяне господина Лазарева».

Кое-что о грамотности

Интересными представляются сведения о грамотности населения. Как сообщала летопись, «грамотность между прихожанами развита весьма слабо, хотя все и сознают ее пользу. На сто неграмотных едва ли можно найти пять грамотных (имеем ввиду крестьян, как больший процент прихода). Причиною такого печального явления служит бедность прихожан и дальнее расстояние места их жительства. Для того чтобы быть крестьянскому мальчику в Полазнинском училище, нужно прежде всего найти ему квартиру и стол, что весьма чувствительно и тяжело для бедного крестьянина. От такого слабого развития грамотности естественно вытекает и слабое умственное и нравственное развитие прихожан».

Занятия прихожан

Что же касается занятий полазненцев, то здешние мастеровые занимались «выковкой и разрезкой железа», а крестьяне – «рубкой дров, приготовлением дегтя, смолы, мочала, приготовлением и вывозкой угля в завод». «Этими занятиями прихожане снискивают себе пропитание и средства к жизни, уплачивают государственные повинности и владельческие оброки, – информировали авторы документа. И добавляли: – Занятия, надобно сказать, вполне достаточные для продовольствия прихожан, если только добросовестно ими будут исполнены».

Кто от чего

Поразило, что в 1867 году в Полазне практически отсутствовал естественный прирост населения. За год в приходе родилось 298 человек, а умерло 296. Катастрофической была детская смертность. В возрасте до года скончалось 162 ребёнка, от года до пяти лет – 35 детей. Большинство «от поноса» – 115 человек и «от родимца» – 57. А ещё полазненцы умирали «от старости» (36 человек), «от горячки» (29), «от чахотки» (22) и т. д. Проявляли себя и инфекционные болезни, такие как оспа (унесла 9 человек) и корь (7 человек). Среди причин смертности встречаются и вовсе экзотические. Например, два полазненца умерли «от худобы». Среди тех, кто ушёл в мир иной от старости, был и прихожанин возрастом старше 100 лет.

Всего в приходе числилось 4957 человек, 26 из них относились к духовному ведомству, 210 – к военному (отставные солдаты с семействами), 200 человек – к числу дворовых, т. е. крестьян, которых господа использовали в качестве домашней прислуги, остальные (4519 человек) – к сословию крестьян. «Раскольников в приходе сей церкви нет», – подчёркивала летопись.

Дарители и благотворители

Сентябрь 1868 года в истории церкви был отмечен тем, что в неё из Петербурга была привезена «пожертвованная Его Сиятельством Князем Семеном Давыдовичем Абамелек, икона Спасителя». Причём написана она была на полотне рукой самого князя, который являлся зятем и доверенным лицом заводовладельца Лазарева. «Спаситель представлен на ней во весь человеческий рост, осененный с главы Св.?Духом и окруженный сонмом Ангелов, – сообщалось в описании. – Правая рука Спасителя благославляющая, в левой держава. Около спасителя с левой стороны изображение большого четырехконечного креста. На обороте иконы надпись: «Сию икону писал раб Божий Князь Семен Абамалек 1868 года, августа дня».

Авторы летописи особо отмечали набожность князя, то, что он «как истинно ревностный христианин и верный сын церкви во всю свою бытность в Полазнинском заводе не опущал ни одной общественной службы церковной. Вечерня, утреня и литургия всегда совершались в его присутствии». Он же пожертвовал в 1869 году значительные деньги на ремонт храма.

Среди дарителей были и люди простого звания. Так, в 1873 году мастеровой Иван Галкин в память по своей жене «приложил» храму «полное священническое облачение, (…), из голубого бархата», а вдовая мещанка Татьяна Ширкалина в память о своём муже Семёне Матвеевиче, который «ревностно заботился» о здешнем храме, подарила церкви «сребропозлащенную икону (…) Св.?Предтечи и Крестителя Иоанна».

О посевах и дорогах

Очень интересными выглядят записи за 1888 год. Касаются они необычайно ранней весны и вызванными ею проблемами. «В настоящем году весна была ранняя, с 10 апреля снег начал таять быстро. Это было с начала шестой недели Великого поста. На страстной – седьмой неделе везде было сухо, ездили на летних экипажах, Кама прошла, – писал автор летописи. – Кто из крестьян успел посеять яровое на сей последней страстной седьмице Великого поста, у тех яровые уродились напорядках, а те крестьяне, которые сеяли яровые в канун Пасхальной недели и в начале Фоминой, у тех яровых почти не было вовсе». Тогда же пришли в негодность и транспортные пути: «Дороги проселочные на третьей неделе Великого поста сильно попортились, а снег был глубокий, особенно в заулках наносы были большие, а на четвертой неделе и по большой дороге трактовой ездить было невозможно, да при том же и лед на Каме был плохой».

«В память чудесного спасения…»

Среди записей встречаются важные для истории Полазны и соседних деревень данные о развитии школьного дела, визитах заводовладельцев и иерархов, расширении заводской церкви. Нашлось место и часовне в деревне Старый Посад.

Её «с разрешения Епархиального Начальства и с согласия священно-церковно-служителей (…) построил церковный староста Свято-Троицкой Полазнинской церкви (…) Михаил Михайлов Киприянов». Причём по тому же поводу, что и знаменитая добрянская. А именно – «в память чудесного спасения драгоценной жизни Государя Императора Александра?III, Государыни императрицы Марии Федоровны, наследника цесаревича Николая Александровича и прочих Августейших детей Их Величеств, по случаю крушения Императорского поезда в 17 число Октября 1888 года на 277 версте Курско-Харьковско-Азовской железной дороги». В отличие от добрянской, посадская была не металлической, а каменной, оштукатуренной. Освящение её состоялось 20 июля 1890 года в рамках крестного хода из Полазны в Посад и далее на старое кладбище в Усть-Полазну. Часовню построили на месте старинной, давно уже не существующей церкви.

От печи

Крайне любопытными выглядят и сведения о строительстве церквей в селе Сенькино, которое долгое время входило в полазненский приход. Первая из них, только что построенная, сгорела в начале 1893 года. Вот что сообщала летопись: «В шестое число января в Сенькинской Покровской церкви Богослужение и Крестный ход на реку для освящения воды отправлял священник Иоаким Наумов с и. д. (исполняющими дела. – Авт.) псаломщика Луканиным. После богослужения священник Наумов и Луканин ходили по домам прихожан с крестом и Св. водой, после чего часа в три пополудни, окрестив младенца и напутствовав некоторых старушек, отправились обратно в Полазну. Проводив священников, церковный староста, как поясняют, будто бы без всякой надобности затопил печку, а сам спокойно запер церковь – отправился, вероятно, обедать домой. В отсутствие сторожа в пять часов вечера Сенькинская церковь от печи загорелась внутри и таким образом сгорела дотла со всем имуществом церковным, находящимся внутри храма, ибо не было никакой возможности спасти что-либо при затворенных дверях».

* * *

Сохранившаяся церковная летопись – явление редкое, и, наверное, она достойна того, чтобы опубликовать её в полном объёме в виде книги с соответствующими комментариями и фотографиями.

Источник: dobryanka.net
© "Yodda" Новости регионов России, 2015. | e-mail: site@newsbomb.ru

Мнение редакции интернет сайта newsbomb.ru никогда не совпадает с мнением, высказаным в новостях. Пользовательское соглашение
Яндекс цитирования